Форма входа

Категории раздела

События и люди [67]
Военный Воронеж [16]
Офицерский батальон [4]
Е. Мухин о судьбе Долгих В. И.

Поиск

Друзья сайта

Наш опрос

Оцените мой сайт
Всего ответов: 953

Статистика


Онлайн всего: 1
Гостей: 1
Пользователей: 0
Рейтинг@Mail.ru

Рамонь
www.rp5.ru




Понедельник, 22.07.2024, 00:43
Приветствую Вас Гость | RSS
Рамонь: Прошлое и настоящее
Главная | Регистрация | Вход
Каталог статей


Главная » Статьи » Испытания войной » События и люди

Рядом со смертью

Асеевы справа.
Фото из семейного архива.

Асеева Анна Павловна в действующей армии с 1943 года по День Победы. Награды: орден «Отечественная война» II степени, медали «За взятие Варшавы», «За победу над Германией», юбилейные, в том числе медаль Жукова.

Студентку 3-го курса Казанского зоовете­ринарного институ­та Аню Сорокину вызвали в горвоенкомат. Шла она и терзалась в догадках, за­чем понадобилась военным, ведь война уже была, по ее мнению, на исходе. Немцы по­терпели крах под Сталингра­дом, поражением их закончи­лась и Курская битва, не гово­ря уже про битву под Москвой. Так она думала.

Шел 1943 год. Завязалась битва за Днепр, началось из­гнание фашистов из левобе­режной Украины.

Дежурный, пожилой лейте­
нант с множеством нашивок на гимнастерке, свидетельствую­щими о ранениях, взял повес­тку, отметил в журнале и под­нял телефонную трубку.

-  Еремеев! Здесь у меня студентка из института... К кому ее направить?


На другом конце провода от­
ветили, но дежурный все же переспросил:

-    К самому комиссару?


И, обращаясь к Ане, попро­
сил следовать за ним. Они про­шли длинным коридором мимо множества кабинетов, пресле­дуемые взглядами любопытных мужчин, особенно молодых, пока не остановились перед кабинетом, на дверях которого была прибита табличка, пояс­няющая, что хозяин его воен­ный комиссар Казани полков­ник Латынов.

-  Ну, девонька, ни пуха, ни пера тебе, - ласково прогово­рил лейтенант - фронтовик.


Аня мысленно поблагодари­
ла лейтенанта и открыла дверь. За столом просторного кабине­та сидел уже не молодой пол­ковник, не по должности улыб­чивый. У нее отлегло на сердце, исчезли предчувствия чего-то трагического. Она тоже улыб­нулась и сразу расположила к себе хозяина кабинета.

-  
Как учеба? - поинтересо­вался комиссар.

-  
Не плохо, - ответила Аня, - успеваю по всем предметам.

-  
Придется повременить с образованием, - сказал полков­ник. - Фронт у самой границы Германии, но схватки идут ожесточеннее, чем прежде. Враг бросает в бой стариков и детей. Наша армия тоже несет значи­тельные потери. Много ране­ных. Бок о бок с нами сражает­ся 1-я Польская армия, где ос­тро ощущается нехватка меди­ков в армейском госпитале. Вы направляетесь в армейский госпиталь помогать нашим польским товарищам.

-  
Я же, не в медицинском учусь, - напомнила Аня.

-  
Это ничего. Основы меди­цинских знаний преподают одинаково, лишь с небольшой разницей, - проявил свои по­знания полковник. - На месте наберетесь опыта. Вам, молодой и любознательной, это будет под силу. Кстати, из медицинс­кого тоже направляются многие девушки на фронт. Завтра же утром вы все вместе и отправ­ляетесь с воинским эшелоном. Желаю успеха в службе!..

В конце сентября 1943 года Аня прибыла в польский ар­мейский госпиталь и после краткого ознакомления с ха­рактером предстоящих обязан­ностей стала медицинской се­строй хирургического отделе­ния. Польские товарки быстро ввели ее в курс дела, и уже че­рез неделю она стояла у опе­рационного стола, быстро ре­агируя на команды хирурга: - Скальпель!  Зажим! Тампон!


На столе лежал без кровин­ки в лице молодой польский солдат. Осколок снаряда раздро­бил сустав, который пришлось собирать заново. Майор, глав­ный хирург госпиталя, часто обращался К' новой медсестре с просьбой снять тампоном со лба капельки пота. Проделывая эту несложную операцию, Аня заметила, что майор внима­тельно смотрит на нее и улы­бается, - это она заметила по глазам. Чаще, чем положено, хирург говорил ей «спасибо». Когда операция закончилась и солдат пришел в себя, он задал один единственный для него очень важный вопрос на русском языке:


-  
Доктор, я буду ходить?

-  
Будешь - коротко ответил майор и добавил, успокаивая солдата - не зря же мы так дол­го копались в твоей ноге.

Сказав «мы», он кивнул го­
ловой в сторону медсестры.

Солдат тоже посмотрел на нее с благодарностью, и это было больше, чем похвала, больше, чем любая награда.


Чуть позже, когда Аня гото­
вила инструменты к следующей операции, она услышала раз­говор старшей медсестры с ее хирургом.

-  
Ну, как, Илья Тихонович, наша новенькая?

-  
Вы знаете, у нее несомнен­ный талант. Она быстро, на лету схватывает то, что другим да­ется нелегко. Я доволен ею и спасибо вам, что именно ее прислали ко мне.

От такой откровенности у Анны запылали огнем щеки.


Илья Тихонович Асеев до того, как стать главным хирур­гом в польском госпитале ар­мии генерала 3. Берлинга, был главным хирургом в 69-й ар­мии генерал-лейтенанта В. Я. Колпакчи. Армия в составе 2-го Белорусского фронта в кон­це 1943 года была на острие удара против немецкой группировки, сосредоточенной на линии Ковель-Луцк-Брест-Ровно. 4-я танковая армия нем­цев в районе Ковеля яростно сопротивлялась наступлению русских, переходя в контрата­ки, чтобы удержать занятые позиции.


Однажды, находясь в одном из фронтовых госпиталей с ин­
спекционным заданием, май­ор Асеев узнал, что немцы предприняли контратаку, про­рвали фронт и находятся в не­посредственной близости от расположения госпиталя. Свободный от дежурства персонал на передовую. Асеев не смог остаться в стороне и тоже ока­зался в окопе с автоматом в руках.

Узнав об этом, командарм сделал разнос майору:


-   Твоя задача, главхирург, налаживать работу армейских медиков так, чтобы они быстрее ставили в строй попавших в медсанбаты и госпитали воинов. А ты решил сам себя подставить под пули. Мне, что-ли, медиков прикажешь учить?


-  Хочу быть ближе к окопам, хочу видеть через прицел авто­мата лица фашистов, их пос­ледние минуты жизни, - отве­тил Асеев.


Вскоре после этого разгово­
ра генерал-лейтенант опять вызвал главного хирурга в штаб армии.

- Польские товарищи про­сят прислать им на должность начальника госпиталя хороше­го хирурга. Я согласился отдать им тебя, как это ни больно было. Польская армия парал­лельно с нами ведет боевые действия, так что ехать до них недалеко. Садись в мой «Виллис» и считай, что просьбу твою, быть ближе к передовой, я удовлетворил.


Генерал обнял теперь уже бывшего своего подчиненного.


Об этом Асеев поведал сво­ей жене Анне много позже. А сейчас напряженная работа хирургического отделения отни­мала все свободное время, хотя понятие «свободное» было условным. Если и выпадала ми­нута, то женщины и в боевой обстановке были женщинами: наводили кудряшки, красили губы, стараясь не попадаться на глаза начальнику госпиталя, который категорически был против этого, как он говорил, украшательства. Так что, по­смотрев на себя в зеркало, при­ходилось в срочном порядке стирать краску перед операци­ей.


Майор, между тем, стал бо­
лее внимателен к Анне, часто расспрашивал про родителей, про учебу в институте, про ув­лечения, про то, книги каких писателей она любит. Многое его интересовало в ее жизни.

Анне это не совсем нравилось: другие работали не хуже, чем она, но такого внимания со стороны хирурга не удостаива­лись.


Однажды старшая медсест­ра обронила фразу, которая за­
ставила Анну покраснеть.

- 
Голубушка, ты не замеча­ешь, как смотрит на тебя Илья Тихонович?

- 
Какой Илья Тихонович?! - переспросила Анна, называв­шая хирурга все время по зва­нию «Товарищ майор».

- 
Как «какой»?! - искренне удивилась старшая медсестра. - Это же хирург, с которым ты работаешь! Вот те раз, не зна­ет имени человека, который так внимателен к ней!..

Вскоре после этого во вре­мя безуспешной операции Анна, впервые увидев, как умирает раненый в живот польский офицер, тут же у опе­рационного стола расплакалась навзрыд, будто потеряла близ­кого человека.


Илья Тихонович, видевший
смерть много раз, как мог ус­покаивал молоденькую медсе­стру:

- 
Ну, что ты, Аня, так рас­страиваешься, в нашей работе это случается. Поработаешь -привыкнешь.

- 
Разве можно к этому при­выкнуть, смотреть, как на тво­их глазах умирает человек?! А мы не можем ничего сделать, - обливаясь слезами, отвечала Анна. - Я. товарищ майор, ни­когда к этому не привыкну.

- 
Ну вот, кто же такую плак­су замуж возьмет? - урезонил ее хирург.

- 
А я и не собираюсь выхо­дить замуж! - запальчиво бро­сила Анна. - И никто мне не нужен!

- 
А за меня пойдешь? - буд­то продолжая шутливый разго­вор, сделал разведку майор.

Анна смутилась и ничего не
ответила. Между тем у майора были самые серьезные намере­ния. Обстоятельства, последо­вавшие за этим, помогли ему. На левом фланге 1-го Белорус­ского фронта в конце 1943 - начале 1944-го года началось интенсивное наступление. У Первой Польской армии командование фронта запросило часть медицинских работников для госпиталей и непосред­ственно на передовую. Анна оказалась в числе первых мед­сестер, отбывающих на новое место службы.

Илья Тихонович узнал об этом в самый последний мо­мент и принял ряд категори­ческих мер, чтобы медсестра не покидала пределы его госпита­ля. Он добился у польского ар­мейского командования доку­мента, что данная медсестра является женой главного хи­рурга польского армейского госпиталя.


Вручая Асееву эту «липу»,
офицер штаба сказал.

-  Воинский эшелон уже на путях и готов с минуты на ми­нуту отправиться. Спешите, майор!

Асеев в самый последний момент разыскал Анну, пока­зал начальнику эшелона бума­гу и, взяв медсестру за руку, потянул ее к выходу. Анна при­шла в себя в объятиях своего начальника. Она попыталась высвободиться, но майор, крепко держа ее одной рукой, другой извлек из кармана кителя спасительный документ, из которого Анна только и смогла прочитать: «является женой майора медицинской службы Асеева Ильи Тихоно­вича.


-  Так это же неправда! - возмутилась она, на что майор среагировал быстро:


-  Будет скоро правдой! Для него наступили трудные дни, так как Анна сделала категорическое заявление:


-  Согласна регистрировать­ся, но только на родине, в Ка­зани.


Настойчивость любящего майора преодолела и это пре­пятствие: он добился краткос­рочного отпуска, и через неде­лю они уже стояли в городс­ком бюро ЗАГСа, получая по­здравления. А еще через неде­лю они были в своем госпита­ле, теперь уже как муж и жена.


Польские офицеры на вече­ринке, устроенной в честь со­бытия, удивлялись настойчиво­сти своего коллеги и ставили его в пример, как надо штур­мом завоевывать женские сер­дца.


Весть о Победе Асеевы встретили в Дрездене, недале­ко от границы с Чехословаки­ей, где и родилась девочка, которую назвали Людой. Май­ора Асеева направили служить после войны в Армению (За­кавказский Военный округ). Там, в Ленинакане (ныне Гумри), Анна подарила Илье Тихоновичу вторую дочь - Галю. Потом были Сахалин, Камчат­ка, остров Шумшу недалеко от границы с Японией. Галина Ильинична до сих пор помнит штормы, наводнения. В 1955 году Илья Тихонович уволился в запас в звании подполковни­ка. Ему предлагали работу в Ленинграде, в других престиж­ных городах, но он решил ос­таться на родине - в Воронеж­ской области. Так Асеевы ока­зались в Рамони, где пришлось заново строить всю медицину. Он сделал все, что позволяла его неуемность в работе.


Семь лет назад его не стало.
12 марта 1995 года после тяже­лой болезни сердце его остановилось.

Дочери пошли по стопам отца и матери, стали медика­ми, помня духовный наказ ро­дителя: быть честными, не от­казывать в помощи больным, не брать подачек, в какой бы форме они не преподносились.


Ныне улица Асеева - хоро­ший памятник людям, посвя­тившим свою жизнь возвраще­нию здоровья человеку.

Ефим МУХИН, с. Березово.
«Голос Рамони» от 16 августа 2002 года
Категория: События и люди | Добавил: istram (09.08.2010)
Просмотров: 831 | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]

Copyright MyCorp © 2024